Опасные экологи 1

Дмитрий Верхотуров

В Иркутской области завершились летние акции протеста супротив создания Международного центра по обогащению радиоактивного элемента (МЦОУ) в Ангарске, на базе Ангарского электролизно-химического комбината. 16 августа в Иркутске прошел митинг, - тот, что подвел итоги двух лагерей протеста. У экологов две победы - они добились консолидации разных антиатомных движений и получили просторное освещение задачи МЦОУ в федеральных СМИ. Правда, гутарить об их акциях стали только после этого смерти одного коллеги.

Ангарская кампания протеста против МЦОУ значимо отличается от борьбы против нефтепровода "Восточная Сибирь - Тихий океан", которая, напомним, завершилась победой экологов. Прежде всего ядерщики намного больше опытны в "непонятностях" столкновения с общественностью, чем руководители ОАО "Транснефть". Для трубопроводной кампании бурная общественная реакция была неприятным сюрпризом, вызвала растерянность руководителей, подтолкнула их к непродуманным шагам, - те, что были тут же применены протестной коалицией. Атомщики же с подобной реакцией сталкиваются постоянно.

В частности, Росатом имеет громадный навык столкновений с общественными движениями. В всякое время экологи протестовали против многих ядерных проектов. Например, против пуска Ростовской АЭС в 1996 году, против ввоза в Россию отработанного ядерного топлива в 1997−2003 годах, против переработки отработанного ядерного топлива в Красноярске-26 и достройки предприятия РТ-2 в 2002 году. Была кампания против возведения Башкирской и Татарской АЭС в 2003 году. Много протестовали против "ядерной песочницы" в Красноуфимске в 2005 году, а ещё против достройки и пуска Нижегородской АЭС, против проектов сооружения свежих АЭС в 2007 году. Особенно упорной и долгой была баталия обитателей татарских деревень Муслюмово и Татарская Караболка в Челябинской области, пострадавших от аварии на ПО "Маяк" в 1957 году. Это, конечно, вдали не полный список столкновений ядерщиков и экологов. В целом ясно, что на практике всякий шаг атомщиков встречал сопротивление и протесты. Со своей стороны, Росатом в большинстве случаев либо блокировал протест, в особенности тогда, когда он не обретал громкой огласки, либо шел на частичные уступки.

На эффективность протестных действий в случае с ангарской кампанией оказывало воздействие несколько обстоятельств. Во-первых , был очевидный перевес в полезность атомщиков в деле информированности. Экологи зачастую не имели полной и достоверной инфой о тех проблемах, которые они поднимали. "Подавляющее большинство участников акции протеста на самом деле не осведомлены толком, чем грозит городку расширение производства на АЭХК и неотступно путают обедненный гексафторид урана с отработанным ядерным топливом", говорит иркутский аналитик Борис Самойлов. Это положение вызвано как сильно низким уровнем предварительной подготовки экологов, так и привычкой протестовать против ввоза отработанного ядерного топлива. Большая информированность позволяет Росатому побеждать экологов в информационных сражениях.

Во-вторых , на стороне экологов нет крупных спецов в области атомной энергетики и ядерной физики. К примеру, во время борьбы против нефтепровода ВСТО протестное движение поддержали немалые научные работники из институтов СО РАН, которые и собрали основную количество аргументации движения против этого проекта. Отсутствие таковый базы у ангарского протеста позволяет Росатому заявлять, что только его точка зрения правильная и только его инфа достоверная.

В-третьих , порядок секретности на подавляющем большинстве предприятий Росатома дает ведомству изрядные превосходства в борьбе с экологами.

Весьма долгое время упорство экологов хоть и доставляло Росатому бонусные хлопоты, но в целом не мешало развитию атомных программ. Ангарская кампания в этом деле способен сделаться исключением, потому что обладает потенциалом первого крупного поражения Росатома. Протест против МЦОУ, начавшись обычным порядком - разбивкой лагерей у местоположения стройки, вскоре пошел по необычному пути.

Нападения на протестующих - занятие совершенно не редкое. Аналогичные конфликты произошли 29 июля 1996 года в лагере протеста подле Ростовской АЭС и 17 августа 2001 года в лагере около города Воткинска, где экологи протестовали против строительства завода по утилизации ракетного топлива. Атака лагеря под Ангарском в темное время суток на 21 июля 2007 года также должна была стать таким же рядовым инцидентом. Но, как справедливо отмечалось, ангарский конфликт стал беспрецедентным, ибо в нем погиб один из экологов - участник организации "Автономное действие" Илья Бородаенко из Находки.

Нападение и смерть товарища вызвали в Ангарске и Иркутске небывалую протестную активность. С 25 июля по 16 августа, несмотря на летнюю пору, в Ангарске и Иркутске прошло три митинга, не считая возобновления лагеря "Автономного действия" и проведение лагеря Байкальской экологической волны. Это сопоставимо с самыми пиковыми периодами протеста против нефтепровода. Разумеется, все данные митинги нашли близкое отображение в СМИ. Цель - приостановка плана создания МЦОУ - достигнута не была, и все-таки была прорвана информационная блокада, задача атомных задач в Ангарске стала привычной, в том числе и для федеральных СМИ, и создан порядочный задел для продолжения кампании.

Один из руководителей Байкальского движения, редактор иркутского портала "Бабр.ру" Дмитрий Таевский высказал мнение, что обстановка кругом МЦОУ вошла в самовозбуждающийся режим: "В данный раз крайне незначительные по своей численности митинги и пикеты экологов, безусловно, не сыграли значительной роли - но они стали первым толчком в результате домино". По его мнению, события лета 2007 года в Ангарске полностью способны стать прологом к здоровенный всероссийской кампании борьбы против проекта МЦОУ, особенно жесткой в условиях выборов в Госдуму и потребностей оппозиционных политиков и партий в острых темах, на которых реально сколотить политический капитал.

По существу, позже завершения лагерей протестов ситуация в Ангарске осталась напряженной, и довольно искры, одного события, одного заявления, чтобы протест запылал вновь. Если Росатом потерпит большое поражение, сопоставимое по масштабам с поражением "Транснефти" в борьбе за нефтепровод, то на Федеральное агентство по атомной энергии посыпятся бесчисленные удары по другим застарелым проблемам атомной отрасли.

Keywords: